Все — пиздежь и провокация! 😀 Или «цирк опять приехал».
Обнаружил сейчас на двери подъезда такую забавную картинку:
Мне что интересно — как может быть признана «законной» листовка, распространяемая во время голосования? 😀
Месяц: Декабрь 2007
Мой маленький музей
Мой маленький музей
Решил «каталогизировать» имеющийся динопарк старых фотоаппаратов. Что из этого вышло — .
Смена-8(М)
Малоформатная шкальная камера с видоизмененным пластмассовым корпусом снабжалась светосильным объективом «Триплет» Т-43 4/40 (3 линзы в 3 компонентах) с пределом фокусировки от 1,3 м до бесконечности. Затвор центральный (тип ЗТ) с выдержками 15, 30, 60, 125, 250 + В. Наводка на резкость по шкале расстояний, видоискатель оптический. Камера снабжалась также Х-контактом. Транспортировка пленки с помощью специальной рифленой головки, расположенной под верхней крышкой справа. «Смена-8» отличалась от «Смены-6» дополнительным устройством блокировки транспортировки пленки (срабатывал «стоп» головки взвода) и наличием обратной перемотки. Второй выпуск отличался другим (латиницей) написанием логотипа. «Смена-9» аналогична восьмой модели, но без автоспуска. Эта же модель (без автоспуска), но в измененном корпусе стала называться «Смена-8м» и отличалась тем, что наводка на резкость могла осуществляться не только по шкале расстояний, но и по шкале символов. Шкала выдержек 1/15 — 1/250 с.Фотоаппаратов «Смена-8» и «Смена-8м» суммарно было выпущено 21 041 191 (по 1995 год включительно).
«Смена-8М» занесена в книгу рекордов Гиннеса как самый массовый фотоаппарат планеты.
Зоркий-4
На рубеже 1956-57 годов увидел свет «Зоркий-4» — пожалуй самый массовый и самый популярный отечественный дальномерный фотоаппарат. Комплектовался объективами «Юпитер-8» 2/50, «Юпитер-17» 2/50, «Индустар-50» 3,5/50. Имел выдержки: В, 1, 2, 5, 10, 25, 50, 100, 250, 500, 1000; невращающуюся головку выдержек и возможность установки выдержек только после взвода затвора. Есть автоспуск и синхронизатор с регулируемым временем упреждения. Видоискатель совмещён в одном поле зрения с дальномером, имеет диоптрийную поправку +/- 1,5 дпт. Для зарядки камеры снимается задняя крышка. База дальномера — 37,5 мм. Было выпущено 1715677 шт. Вариант «4к» имел, кроме того, курковый взвод затвора и их было выпущено 524646 шт.
ФЭД-2
Комплектовался просветлённым объективом «Индустар-26м» 2,8/50; затвор имел выдержки В, 25, 50, 100, 250, 500. Выдержку можно было установить только после взвода затвора (в 1956 году переработана головка выдержек, в результате чего стало возможным устанавливать выдержки до взвода затвор), головка выдержек вращающаяся. Видоискатель совмещён в одном поле зрения с дальномером базой 67мм. и увеличением 0.75х. В камере была предусмотрена возможность диоптрийной поправки. Для зарядки камеры открывалась задняя стенка. Применялись как стандартные одноцилиндровые кассеты, так и двухцилиндровые, которые при закрывании замка задней крышки корпуса открывались и образовывали широкую щель, что существенно уменьшало возможность повреждения поверхности плёнки при её продвижении. В последующих моделях появился синхроконтакт (1956). Габариты: 175х90х95 мм.
В 1958 году на камере появился автоспуск с временем работы 9-15 сек., в этом же году введен новый ГОСТ на ряд выдержек — 1/30, 1/60, 1/125, 1/250, 1/500, с 1957 года комплетовался объективом «Индустар-26м», с 1963 года — «Индустар-61л/д» 2,8/52 с лантановой оптикой («ФЭД-2л»). С 1969 года введен рычажный взвод с механизмом блокировки недовзвода, и новый корпус с уменьшенной базой дальномера. Всего моделей под названием «ФЭД-2» было выпущено 1632600 штук.
ФЭД-5, ФЭД-5C
Камера имела матерчатый шторно-щелевой с диапазоном выдержек 1-1/500 + В; база дальномера — 43 мм. Имелся встроенный экспонометр со стрелочной индикацией. Интервал экспозиционных чисел 3-18 Ev, диапазон вводимиой светочувствительности 16-250 ед. ГОСТа. Комплектовался штатным объективом «Индустар-61ЛД» с заявленным разрешением 44/30 л/мм. Модель «ФЭД-5с» отличалась тем, что визир-дальномер был снабжён светящейся рамкой и параллактическими отметками. С середины 80-х годов на камерах появился центральный контакт.
ФЭД-5В
Камера отличалась от предыдущих моделей отсутствием экспонометра и светящейся рамки с параллактическими отметками. Было как минимум два выпуска с разным стилем написания названия камеры.
Зенит-ЕТ
Традиционный матерчатый шторно-щелевой затвор с традиционным же набором выдержек и проворачивающейся головкой выдержек. Зеркало постоянного визирования; видоискатель отображает 67% кадра. Относительным новшеством в камере было введение в конструкцию встроенного несопряженного экспонометра. Ввод светочувствительности в пределах 16 — 500 ед. ГОСТ. Эта же модель выпускалась в г. Вилейка (БелОМО) с 1975 по 1988 год. В 1968 году на камере была изменена посадочная резьба объективов — М42 с рабочим отрезком в 45,5 мм. Всего «Зенитов-Е» выпущено: на КМЗ- 3334540 шт., на БелОМО — около 5 млн. Кроме того, камеры отличались написанием названия — русское и латиницей.
«Зенит-Е2» — прототип камеры в новом корпусе.
«Зенит-10» по техническим характеристикам аналогичен «Зениту-Е» но имеет отличия: новый, несколько видоизмененный корпус, увеличенное в размерах зеркало, непроворачивающаяся головка выдержек, скрытый замок задней крышки, сблокированный с рулеткой обратной перемотки, штативное гнездо перенесено в центр корпуса, центральный контакт. Выпускалось два варианта фокусировочного экрана — с растром и без. Всего выпущено 19865 штук. «Зенит-11» отличается прыгающей (вернее нажимной) дифрагмой. Этих камер было выпущено около 1,5 млн. штук.
«Зенит-Е2» — прототип камеры в новом корпусе.
«Зенит-ЕТ» по техническим характеристикам — аналог «Зенитов-10, 11» (в старом корпусе) т.к. существовал в двух вариантах — с прыгалкой и без. Варианты отличались также наличием или отсутствием скрытого замка задней крышки. Всего было выпущено около 3,0 млн. штук, из них на КМЗ — 61069 шт.
Информация взята с http://www.photohistory.ru/
Жесть :D
Вот это я понимаю — «лежачий полицейский» 😀
Анри Картье-Брессон
Анри Картье-Брессон в Москве
Пожалуй, невозможно и бессмысленно, пытаться осветить все творческое наследие Анри Картье-Брессона (далее HCB) в формате небольшой статьи. Личность Брессона, его талант и видение оказали оказали столь сильное влияние на формирование современной фотографии, что они еще долгое время будут служить темой серьезных исторических изысканий. Ведь HCB был не только художником, но и летописцем — в каждом, даже самом бытовом из его снимков чувствуется дыхание истории.
И сегодня, учитывая ЖЖ-специфику, хотелось бы подробнее осветить лишь два факта биографии Мастера, а именно — его визиты в Советский Союз в 1954/1955 и 1972/1973 годах. Образы и типажи Советского Союза, чудесным образом выхваченные из времени «Лейкой» Брессона, позволяют нам ощутить дыхание той эпохи с необычайной силой:
В Третьяковской галерее, Москва, 1954
Уличная сценка, Москва, 1954
(17 января 1955 г., сразу по возвращению HCB из Росси, именно это его фото было помещено журналом Life
/i.ixnp.com/images/v3.5.1/theme/silver/palette.gif» target=»_blank»>http://i.ixnp.com/images/v3.5.1/the…ver/palette.gif); background-color: transparent; width: 14px; height: 12px; background-position: -944px 0pt; background-repeat: no-repeat; text-decoration: none; visibility: visible; vertical-align: top; display: inline;» class=»snap_preview_icon» id=»snap_com_shot_link_icon» alt=»» /> на свою обложку)
Искусство останавливать мгновение к HCB пришло не сразу. Все изменилось только в 1930-м, когда в руки 22-летнего студента попала «лейка» — только что изобретенный переносной фотоаппарат. В отличие от прежних громоздких ящиков с треногой он не требовал статичной съемки и долгой экспозиции. Теперь фотография не приукрашивала жизнь, а воспринимала ее такой, как она есть.
Пешеходный переход, Москва, 1954
Шляпка (сценка в магазине), Москва, 1954
Картье-Брессону это нравилось. До конца жизни он презирал технические новшества, пользовался только черно-белой пленкой и выше всего ставил быстроту реакции. «Снимать, — писал он, — значит определить сразу и в доли секунды точную организацию визуальных форм, которые выражают и определяют событие. Это не просто работа, это способ жить».
Цирк, Москва, 1954
Цирк, Москва, 1954
В послевоенные годы Картье-Брессон объездил с фотоаппаратом в руках 46 стран пяти континентов. Не раз он ловил в объектив исторические события — сделал последние фото Махатмы Ганди, снимал Гражданскую войну в Китае и Кубинскую революцию. В 1954 году, после смерти Сталина, он приехал в Советский Союз, еще остававшийся закрытым.
ВДНХ, Москва, 1954
В столовой для строителей, Отель «Метрополь», Москва, 1954
Его фото, показанные на выставках в Париже и Нью-Йорке и в альбоме «Москвичи», сыграли большую роль в перемене отношения к нашей стране. Они показали Западу обычных людей, быть может, бедно одетых, подозрительных, озабоченных проблемами, но обычных.
Сборочная линия автозавода ЗиС, Москва, 1954
Отдыхающие в Серебряном бору, Москва, 1954
Церковь в Сокольниках, Москва, 1954
Парк в Сокольниках, Москва, 1954
ГУМ, Первый велосипед, Москва, 1954
ЦПКиО им. Горького, Москва, 1954
В 1972 году он вернулся в СССР — мастер имел привычку сравнивать одну и ту же страну спустя десятилетия.
У прилавка магазина на Арбате, Москва, 1972
В преддверии встречи 1-го мая, Ленинград, 1973
Пляж у Петропавловской крепости, Ленинград, 1973
Празднование Дня Победы 9 мая, Ленинград, 1973
Новый микрорайон в Тушино, Москва, 1972
Снимки из этих двух поездок были отобраны самим мастером в его архиве и показаны на Бьеннале в Москве. Видя эти давние фото, мы узнавали много нового о себе самих. Хотя бы потому, что Картье-Брессон не поддался модному у советских фотографов стремлению снимать толпу, массу, коллектив.
Утро на Красной Площади, Москва, 1954
Читальный зал Государственной библиотеки им. Ленина, Москва, 1954
О моде, Москва, 1954
Особенно выразительны портреты, для создания которых он использовал маленький секрет: нацеливал объектив на шею человека, стараясь проникнуть в зазор между рубашкой и кожей.
Садовое кольцо, Москва, 1954
В Третьяковской галерее, Москва, 1954
На его фото, даже если там много людей, каждый из них представляет собой личность.
Зрители на трибунах стадиона «Динамо» во время спортивного праздника, Москва, 1954
Делегация спортсменок Украины, стадион «Динамо», Москва, 1954
В метро, Москва, 1954
Сценка у витрины магазина, Москва, 1954
Церковь в Сокольниках, Москва, 1954
Он всегда избегал того, что сегодня зовется «гламуром», — украшательства жизни в стиле общества потребления. Увидеть красоту в обыденном и показать ее всем — таков был принцип Картье-Брессона.
Парад гимнастов, стадион «Динамо», Москва, 1954
В Третьяковской галереи, Москва, 1954
Колонна спортсменов Московской Федерации бокса, стадион «Динамо», Москва, 1954
Картье работал «Лейкой» с объективом «Тессар 3,5/50». Для портретной съемки он использовал в той же «Лейке» объектив с фокусом. В его карманах всегда был большой запас кассет с пленкой и на съемках они быстро расходовались. Лаборанты со всех кадров делали отпечатки размером 9X12 см и маэстро подолгу перебирал несколько десятков отпечатков прошедшей съемки, оставляя лишь 5 – 6 достойных, по его мнению. После чего отобранные кадры вновь отпечатывались в большем размере и делался окончательный выбор работ.
Казанский вокзал, Москва, 1954
То, что на выставках Картье производило на зрителя впечатления несколько случайного, легко отснятого материала, на самом деле было результатом напряженного отбора, как в процессе съемки, так и при печати. Сочетание огромного дарования и трудоспособности и создавали шедевры фотоискусства.
Улица Горького, Москва, 1954
Самую суть своего мировоззрения Картье высказал в ином интервью: Брессон всегда хотел смешаться с толпой, «быть бабочкой, свободно летающей среди министров, президентов, мошенников, блудниц». И вообще, конечно же, каждое высказывание такого великого фотографа авторитетно, но еще авторитетнее его незабываемое творчество.
Красная Площадь, Москва, 1954
Одним из наиболее замечательных фактов в биографии Картье-Брессона является то, что в начале семидесятых он перестал заниматься фотографией, дожив при этом до 2003 года и скончавшись в девяносто пять лет во вполне вменяемом состоянии. Сам он следующим образом объяснял свой отказ: «Я перестал фотографировать. Я теперь только рисую. Несколько лет тому назад один мой друг сказал мне: „Ты все сказал, что должен был сказать; теперь время остановиться“. Я думал об этом и понял, что он прав. Так что я остановился… Никто не верит мне, когда я говорю, что я больше не хочу фотографировать, что я не хочу быть фотографом. Фотография — это — пафф — как выстрел и как азартная игра… Рисунок же совершенно другое; даже небольшое размышление при рисовании дает полное изменение первоначального образа. Люди же не имеют ни малейшего представления о живописи… Сегодня все имеют камеру; каждый мнит себя фотографом. Иллюстрированные журналы полны их работ. Я никогда не смотрю в иллюстрированные журналы. Вы должны смотреть только на окружающее; это единственное, что важно».
Портрет Анри Картье-Брессона с «Лейкой» в руках — I
Портрет Анри Картье-Брессона с «Лейкой» в руках — II
Объективен ли двадцатый век Картье-Брессона? Безусловно, нет. Двадцатый век Картье-Брессона — это двадцатый век Картье-Брессона, и только его. Он не отражен и даже не изображен, а скорее изобретен фотографом. Стал ли он от этого менее правдивым? Не знаю, что такое правда, но более настоящего двадцатого века я ни у кого не видел.
оригинальный пост находится здесь: http://omoses.livejournal.com/78197.html
о_О
О_о
